оммунальное предприятие на Чукотке в ходе инвентаризации обнаружило, что за два года 24 тонны угля куда-то испарились. Недостача оценена в 142 с лишним миллиона рублей. В бухучете это прошло по дебету счета 94 «Недостачи от порчи ценностей», стоимость материалов списана с кредита счета 10.3 «Топливо».

Однако этим документальное оформление пропажи ограничилось. Считая, что выбытие имущества произошло вследствие причин, не зависящих от предприятия, НДС оно не исчислило. Связь воли налогоплательщика на выбытие и НДС была обозначена в постановлении пленума ВАС от 30.05.2014 № 33.

Налоговики в отсутствие реализации не поверили и доначислили 25,6 млн рублей НДС и 670 тысяч рублей пеней. В суде они утверждали, что мер по сохранности имущества налогоплательщик не предпринял, отсутствие его воли на выбытие топлива не доказано, а объем недостачи превышает разумные пределы для данного вида деятельности.

Суды (дело № А80-115/2018) выяснили, что недопоставок угля от поставщиков не было; работники истца клялись, что расходовали топливо строго по нормам; каких-либо форс-мажорных обстоятельств, при которых имущество могло бы ликвидироваться, не зафиксировано. Истец в правоохранительные органы не обращался, причины недостачи никак не подтвердил.

Так что суды сочли, что не доказано отсутствие передачи угля третьим лицам, и оставили доначисление НДС в силе (кассация Ф03-5265/2018).